А недавно я загорелся идеей.
Идеей поехать в Китай.
Жить и работать.
Я по натуре очень боюсь таких кардинальных перемен. Переезд в другой город для меня всегда был болезненным опытом. Приходится отказываться от привычных вещей, мест, людей.
Потом привыкаешь.
Привыкаешь отказываться от вещей, мест и людей.
Я переезжал уже два раза. Из Норильска в Старый Оскол. Из Оскола в Воронеж.
Теперь передо мной возвысилась Идея (еще не цель, но уже Идея) переезда в другую страну. Минимум на год. И она, эта Идея, казалась мне такой величественной, такой неподступной.
Как сама Поднебесная с ее культурным и территориальным размахом.
И я был готов объять ее со всеми ее невзгодами и трудностями. Объять и принять.
Я уже начал активно копать и рыть информацию. Что для этого необходимо, какой тип визы нужен и как ее обновлять, что должно быть указано в контракте, сколько стоят услуги агентств, сколько придется тратить на жилье, как бороться с ограничениями Интернета, где искать вакансии по работе и как лучше всего забронировать билеты и отель...
А потом мне говорят.
Что поехать может только один. Или никто.
Бух.
Я еще не настолько отказался от страха потерь, чтобы объять эту идею. Отказаться на целый год от человека, которого не хочешь отпускать от себя на 24 часа. Для меня отказ на год равносилен потере навсегда.
Потому что... Потому что люди имеют привычку отвыкать.
Отвыкать от вещей, мест.
И людей.
А когда отвыкнут от меня - я не успею это ни принять, ни объять.
Я могу сильно привязаться к человеку. Больше чем к месту или вещам. Я с трудом «отвязываюсь» от некоторых из них. Это болезненный процесс. Моя привязанность - это метастазы. Они врастают в вас. И вытащить их можно только секатором. А это больно.
Но проходит время, и раны на месте срезов затягиваются.
Я готов привязаться к другому человеку, а вместе с этим и к новым местам и вещам, которые его окружают. Периодически я вспоминаю прошлых людей, места и вещи. Меня к ним уже не тянет. Легкая грусть, интерес, разочарование.
Когда-то эти чувства были раздуты как злокачественная опухоль.
Фрустрация, маниакальность, ненависть.
Потом они идут на убыль. Но не сразу, не быстро и не полностью.
Сейчас я смотрю на Идею иначе. Я всё ещё знаю как к ней подступиться, чтобы поехать можно было вдвоем. Со всеми невзгодами и трудностями. Чтобы объять и принять. Но...
Я постоянно смотрю на несуществующий таймер, на котором показан обратный отсчет.
Когда время кончится, мне придется снова нажать на кнопку, чтобы обновить счетчик. И тогда таймер покажет - как долго мне осталось обнимать этих людей, места и вещи.
Забавно. Ровно через два года Китай и весь мир охватила эпидемия.