kaminari

Одинокий дюк

Когда-нибудь

До тебя дойдёт, что нет смысла пытаться привлечь внимание человека, которому ты уже несколько раз сделал больно. Нет смысла снова и снова повторять те же манипуляции, чтобы сделать больнее.
Зачем ты это делаешь? Тебе правда от этого становится легче? Приятнее? Чувствуешь себя «отмщенным»?
Может, пора направить силы на что-то другое?

Ваши пути давно разошлись, смирись с этим, оставь позади. Успокойся. Тебя больше не любят, тебя не хотят видеть, с тобой не хотят общаться, делиться идеями, чувствами, мыслями.
На тебя больше не хотят тратить ничего - ни нервы, ни усилия, ни внимание.

Переверни страницу, забудь и живи дальше.
Что именно мешает тебе оставить образ человека позади? Почему ты не хочешь работать над этим? Неужели ты каждый раз зацикливаешься на ком-то так сильно, что не можешь жить ничем другим? Даже когда про тебя забыли?
Мир не будет вечно крутиться вокруг тебя.

Ты не вечен. И твоё время не вечно. Подойди с умом к тому, чтобы правильно распределить оставшиеся ресурсы на что-то по-настоящему стоящее.
Например, на работу над ошибками, чтобы не сделать нового человека в твоей жизни заложником твоих собственных комплексов и обид.

Или это слишком сложно для тебя? Непосильно?
Ты... настолько слаб духом? Как маленький ребёнок, который цепляется за чувство обиды, которое однажды обожгло его?

В этом случае это мне нужно смириться и отпустить.
Смириться с тем, что ты никогда не изменишься и не перестанешь пытаться сделать больно тому, кого сам выгнал из своей жизни.

Я... я прощаю тебя.

Ты такой, каков есть. И ты не можешь иначе. Ты будешь снова и снова пытаться задеть меня, напомнить о своём существовании, о своей важности, о том, что тебе хорошо или же плохо без меня.

Но правда в том, что тебе не хорошо. Тебе одиноко. Ты скучаешь. Ты одержим. И тебе нечем заполнить образовавшуюся пустоту.

Я прощаю тебя.

И я надеюсь, что когда-нибудь ты всё-таки успокоишься и оставишь всё позади.

Когда-нибудь ты оставишь меня в покое и будешь счастлив.
Или несчастлив. Но уже без меня.

Помнишь ритуал Света?
Когда-нибудь начинается сейчас.

•

Злой

Бездушный, бессердечный, меркантильный, алчный, двуличный, поганый, трусливый, надменный, бессовестный, токсичный, агрессивный, отвратительный, неблагодарный, забывчивый, язвительный, посредственный, тупой, невнимательный, равнодушный


Я.

Ты

Мне

Не нужен.


Мне нужно. Рисовать.

Как же сильно я хочу

быстро и сладко заснуть.

Эта голова слишком маленькая, чтобы уместить столько мыслей и эмоций.
Она трещит по швам. Каждый день до пяти утра я варюсь в собственных переживаниях. Но это блюдо никогда не будет готово. Потому что в казане - гниющий труп.

Я не понимаю тебя, боюсь и ненавижу.

Может, и вправду завести котика.
Когда я перестану забывать покормить саму себя.

Губка

Недавно произвольная цепочка мыслей случайно привела меня к одному воспоминанию из детства.

Оно было неприятным.

Я плотно подсела тогда на серию книг Р.Л. Стайна - Ужастики, особенно на формат, где юный читатель принимает непосредственное участие в развитии сюжета.
Почти каждая глава оканчивалась выбором действий - как поступит главный герой? - и ты отправляешься на указанную страницу за продолжением истории.

Съев почти все доступные мне книги этой серии, я изнывала от литературного голода. Казалось, что может быть проще: если тебе чего-то не хватает, сделай это сам.

И я начала заполнять общую тетрадь собственной историей. Сейчас название той недокнижонки может показаться комичным. Именно эта цепочка умозаключений и стала проводником к воспоминанию.

«Шкурки дьяволов».
Шкурки. Шкуры.
Испорченный взрослый разум знает альтернативный смысл этого слова. Ребёнок не знал.

Но суть не в том, что сегодня эта «книга» никогда бы не попала на полки магазинов (что, впрочем, правда по двум причинам), а в том, насколько сильно я любила свою историю.
На простых тетрадных листах в клетку были главы, ответвления сюжета, иллюстрации, жестокие и внезапные концовки.
Всё предельно примитивно, ибо создано обычным ребёнком, но с отдачей и увлеченностью, свойственной же только ребёнку.


На тот момент я жила с мамой, но периодически навещала отца, приходя к нему и его пассии в гости.
Никогда не забуду её фирменные куриные ножки, зажаренные в масле... Одним словом, я не видела в этой женщине ничего плохого. Как и в редких визитах к отцу.

Вот только матери они не нравились. Это была чистейшая обида и ревность.
Наверное, в какой-то момент я оказалась настоящим предателем в ее глазах.
Меж тем моё положение ухудшалось «успехами» в учёбе. Я глупый ребёнок с крайне низкой мотивацией и внимательностью. Говорить о концентрации не приходится...
И чем глубже я погружалась в рисование, игры на плойке, «Шкурки Дьявола» и прочую детскую лабуду, тем больше красных лебедей плодилось на страницах школьного дневника.

Последней каплей маминого терпения стал очередной мой побег в гости к папе.

Мама по-особому выражает своё негодование. «Поучительные беседы» ограничивались долгим и тяжелым взглядом. В абсолютной тишине пульсация в моих висках казалась невыносимой пыткой.
В тот день материнская обида не ограничилась лишь молчанием.

По возвращению домой я обнаружила вывернутые ящики стола, взломанный замочек личного дневника и порванную общую тетрадь с зелёной обложкой.

«Шкурки Дьявола» были испорчены.

Я ведь их даже не успела закончить.
Впечатлительная детская психика не нашла другого выхода как расплакаться. И эта реакция универсальна в моем случае до сих пор.

Удивильно, но этот случай не отучил меня от походов в гости к отцу. Напротив, в следующем же эпизоде воспоминаний я сидела на полу и сортировала клочки бумаги, собирая каждую страницу как пазл.
Вместе с отцом и его пассией.

Как это обычно и бывает, я нахваталась всякого от родителей.
Молчаливую обиду, когда оная возникает, пытаюсь побороть до сих пор. С переменным успехом.
Но вот уважения к личной переписке у меня почти нет...
Нужно приложить огромные усилия, чтобы не подглянуть на «запретные» страницы в соц.сети или не прочитать чужую переписку, если выдастся шанс.
(Мне всегда будет казаться, что есть кто-то лучше, интереснее меня... Всегда).

Хорошо хоть у меня достаточно плохое зрение и память, чтобы запомнить чужие пароли и пинкоды.
И, честно говоря, не часто и возникает желание это сделать, учитывая опыт, последовавший за раскрытием тайны личной переписки.

И опять мысли приводят к дуальности.

Мне жаль, что по всем признакам поведения я пошла в мать.
Я рада, что любопытство и мнительность помогли прекратить лживые отношения.
Я довольна тем, что научилась ценить личное пространство и труды других.

И как не круто осознавать, что этот опыт - самое тривиальное из всего, что предстоит впитать в жизни.

Взрослая жизнь полна нелёгких выборов

К примеру, слово «благодарю» мне нравится больше, чем «спасибо», но в нём есть буква «р», которую я с трудом выговариваю.

Консервация

Когда-то я уже говорил, что человек сам по себе может стать комнатой отречения.
Мистическим местом, выворачивающим человека наизнанку и кардинально меняющим его суть.

Вот просто взял и заперся в своей черепной коробке, будто так и надо.
Потом наваждение проходило. Человек пробивал заколоченные форточки и чердачные окна, высовывался, едва не срываясь с безумной высоты. И кричал.
Звал на помощь, объяснялся, сыпал обвинениями, проклинал и опять взывал к благоразумию.

Недолго побесновавшись, он падал на чердачный пол без сил и валялся в абсолютной неподвижности.

И кто знает какие алхимические преобразования творились у него в голове. Сложнее предсказать, если учесть, что и мыслями человек себя особо не баловал в тот момент.

Он даже не существовал. Напротив: по всем параметрам он был давно мёртв.
Нет мотивации к перемещениям, нет тяги к поддержанию жизни, утолению голода, восполнению сна, общению. Конечности ледяные, взгляд помутнённый, мышцы атрофированы.

Вещь в себе.

И пока он лежит, поглощенный собственным подсознанием, вдоль потолка и стен медленно ползут зимние солнечные блики.

Созерцание и ожидание. Так сформировались его первые потребности. Оставалось только ждать, когда процесс консервации завершится, и наблюдать за быстротечностью изменений извне.

Как же ебашило сердце.

Меня так колбасило только один раз в жизни - и это был далеко не самый приятный момент. Это, блять, был отвратительнейший момент - буквально сливки, апофеоз, верхушка чарта, если хотите.
Мозг не успевает обработать информацию, дать осознанным узлам логичную выжимку, простой вывод, а уже рассылает по телу сигналы к действию - СТРЕСС.

Думать будешь потом, как бы намекает организм.

Но перед этим, мой дорогой друг, извольте откушать тревоги. Ты даже не получил результатов, только готовишься воспринять речевой формат, поэтому надо организовать нужную почву.
Как насчет бессмысленной и беспощадной тревоги, а?!
Как тебе такое, сука!

Но этот случай был другим. Пускай ТРЕВОГА «до» и СТРЕСС «после» присутствовали. Впрочем, я ощущаю существенную разницу между тревогой и волнением. Ну и, естественно, предпочту выбрать именно волнение для описания недавнего состояния.
...Да плевать на волнение «до». Меня взбудоражили ощущения «после».

И что бы там ни подумалось (даже мне теперь эти строчки кажутся подозрительной ересью без привязки к контексту), за этим скрывается самая банальная, самая невинная и самая незначительная вещь, которую можно предположить.

Я... неуклюжий.

Я пиздецки неуклюжее создание, не умеющее не то что скоординировать свои движения максимально безопасным для себя и окружающих способом, нет.
Мне сложно выполнить одно простейшее перемещение себя в пространстве, чтобы последнее не поехало вбок, а я не устремился в пол/препятствие/Вальгаллу соответственно.

Ну что вы - я стараюсь заранее продумать свои мановения чуть ли не пошагово. Но хрен там.
«Подержи-ка моё пиво, — сказал вестибулярный аппарат. - Я пойду отолью».
И отходит ведь! Мне остается лишь цепляться лапками за любые вспомогательные (желательно, хорошо вмонтированные в стены) предметы.

Там хвататься было не за что. Только за ветер, что вбил мои же волосы прямиком мне в глаза.
Как же ебашило мое сердце. Словно... Словно мне посчастливилось оказаться под артобстрелом, увернуться (хааа-ха!) от тяжелой бронетехники или избежать когтей кровожадного дикого зверя.

Но лучшей аналогией будет дамба. Гигантское, величественное сооружение из белоснежного камня - настоящее произведение (практичного) архитектурного искусства. Это была моя дамба. С которой открывался превосходнейший вид на бескрайнюю долину.
Впереди залитый солнечным элем пейзаж, тонкая аки змейка река, изумрудные и сочные листвой джунгли. А под ногами дамба...

Вот только за спиной - непосредственно за стеной дамбы, находится то самое, чему я не могу подобрать никакой художественной метафоры или ассоциативного описания, но от чего у меня, что называется...
ПИЗДЕЦКИ ЕБАШИЛО СЕРДЦЕ

Так выражается физический стресс, вызванный психическими переживаниями. Даже не умозаключительными - хрен бы я что успел тогда осознать, подумать, проанализировать.
Славный, высококонцентрированный, чистейший стресс.

«Оно» издает гулкие, несоизмеримо громкие ритмичные звуки. Приглушенные, с низким басом, как если бы «живая биологическая фабрика» источала уникальный тип промышленного шума.

Пульсация густой разгоряченной крови ускорилась.

Над зелеными просторами стало легко различить ритмичные колебания воздуха. Они исходили от дамбы широкими волнами, искажая пейзаж будто выпуклой линзой.

Меня трясло - внутри разливалась вибрация многотонного царь-колокола.

С каждой вибрационной волной, что сгоняла облака (!) в сплющенную массу всё дальше от дамбы, верхушки деревьев лишались очередной партии напуганных птиц.

Я - сосредоточение стресса.
Я - оплот необоснованных тревог.
Я - воплощение треволнений, одетых в счастье.

Да, именно так. Это был стресс, порожденный радостью. Но, в этот раз, щедро приправленной той самой характерной чертой.
Неуклюжестью.

Сгорел

Катастрофически не могу рисовать.
Точнее не так... Я могу взять какое-нибудь фото (или несколько) в качестве референса и спокойно нарисовать порнуху.

Но если я пытаюсь выдавить из себя что-то своё, желательно мрачное, тягучее, отчаянное и жуткое, то не выдавливаю ровным счётом ничего.
И не важно, артблок это или отсутствие вдохновения. Меня гнетут мелкие бытовые проблемы, мелкие огрехи в собственном поведении/характере и быт, скука, быт, скука.

Всё слишком гладко. Всё слишком хорошо. Слишком приятно. Слишком спокойно. Однообразно. Слишком, слишком, слишком.
Я прекрасно понимаю ощущения Джонни из Сияния. Но даже с обилием отдыха единственное, что в последние дни было сделано мною с максимальной отдачей - так это 14-тичасовой безостановочный сон.

Весь день улетел в трубу и отлично оправдал свое название - «отсыпной».

Я раздражен. Меня бесит абсолютно всё. Но в пассивном ключе.
Знаю ли я в чем причина? Догадываюсь.
Знаю ли я как именно с этим справиться? Боюсь предположить и оказаться правым.

То, что я должен, но так и не сделал.
Те, кто пытался дозвониться, но кому я не перезвонил.
То, как я могу ответить, но на что не решусь.
Ускользающие возможности, располагающие обстоятельства.

Моё естество раздраженно зудит и разгрызает самое себя. Но выхода нет.

Видимо, я делаю что-то не так или не туда... Возможно, стоит отложить рисование и переключиться на нечто иное.
Писательство? Не тянет. Чтение? Не затягивает. Общение? Кратковременно.
Прогулки? Холодно. Гитара? Недостаточно концентрации.
Я созерцаю мир и меня выворачивает наизнанку.

А вот перспектива пойти на работу воспринимается... Хорошо. Да. Я готов. Я могу. С удовольствием!
Дайте мне уже выход. Дайте реализации. Мои идеи так долго пылятся... Строительные элементы для игры слишком долго бездействуют и приходят в негодность...
Боюсь, когда наступит момент икс и придет время творить ИГРУ - случится катастрофа.
Всё развалится. Медленно и грациозно. Всё, что я с таким трудом воссоздавал и планировал. Мой дивный новый мир Магдалена Гранд...
Боюсь, я переоценю тебя и разочаруюсь в который раз.

Бесит.

Кажется, внутренние колебания не находят резонанса со спокойным процессом рисования или складывания слов в предложения. Грёбаные быетовые дела.
Начну с них.

Катастрофически хочется рисовать. Хочется рисовать больше. Много идей, так мало времени.
Мне и жизни не хватит, чтобы нарисовать всё, что я хочу.
Хочется, чтобы зрение не падало, чтобы сосуды не лопались от перенапряжения.
Хочется не нуждаться в еде или сне. Когда рисую, эти нужды кажутся обузой, такими ненужными. Отключить бы их.
Даже поход в туалет откладываешь до последнего, лишь бы доработать детали рисунка.
Хочется... Гедонистически существовать исключительно и только ради рисования.

Это эскапизм.

Просто

А я смотрю на эти сообщения в личке - и мне не хочется их даже открывать.
Я устал не получать отклик, который я жду на свои сообщения.
И я просто устал, чтобы давать свой отлик на сообщения второй стороны.
Я устал. Я хочу рисовать.
Скоро мне станет совсем всё равно.

Думаю, следующей волной станет цепочка шаблона «мне всё равно - поэтому я буду делать это дальше».
В частности, если и дальше не будет отклика на мои тексты и рисунки - я буду рисовать просто.
Даже не для себя. А просто.

Останется только внутренний мотив делать что-то вообще. Что хочется. А не потому что, для кого-то, вопреки чему-то, во славу того-то...
Нет. Просто.

Как если бы... Я хотел привлечь к себе своё собственное внимание.

Но мне как-то всё равно.

:3